Элис Купер готовит альбом каверов

06/08/2012 0 Автор admin

Элис Купер всегда исполнял каверы на концертах, но до сих пор не выпустил ни одной пластинки с чужими песнями. Герой Зала славы рок-н-ролла решил исправить это положение дел и готовит альбом, навеянный воспоминаниями о его знаменитом питейном клубе The Hollywood Vampires, членами которого в числе прочих были Джон Леннон, Кит Мун и Гарри Нилссон.

Купер не пьет уже тридцать лет. Вспоминая далекие времена, переполненные рок-н-рольными забавами, он говорит: «Это была другая жизнь». Но Элис все хорошо помнит: как пытался спасти Джима Моррисона, свое дружеское соперничество с Игги Попом, Лу Ридом и Дэвидом Боуи, он в курсе дел и нынешних молодых музыкантов вроде Джастина Бибера. RS послушал истории Купера в кулуарах благотворительного вечера John Varvatos, проходившего в прошлый уик-энд в Западном Голливуде.
Ты только что говорил с Джо Перри — я знаю, что вы, парни, давние друзья.

В 80-е мы вместе писали кое-что для кино в доме менеджера Шона Гордона — это был самый перенаселенный призраками дом из всех, что я знаю. И это у нас было не так, как в фильмах, когда ты слышишь странный шум и говоришь: «Надо пойти посмотреть, что это такое» — нет, мы просто буквально вылетели оттуда. Мы сбежали, потому что в какой-то момент стало слышно, как в пустом подвале кто-то двигает мебель. И тут Шон вдруг вспоминает: «О, а «Ужас Амитивилля» как раз-таки там и написали». А я ему: «Вот спасибо, мог бы сказать мне об этом раньше!».
Ты выступал на одной сцене с Мэрилином Мэнсоном. Вы когда-нибудь гастролировали вместе раньше?

Нет. Мы вообще впервые встретились в Трансильвании. Раньше у нас была небольшая битва через прессу, и тут мы оказались в одном шоу — в большом опенэйре в Трансильвании, в двух милях от замка Дракулы. Он шел в гримерку, и тут я ему говорю: «Эй, иди-ка сюда!». Мы наконец-то встретились лицом к лицу и долго говорили о браке, что было интересно. Я ведь женат уже 37 лет.
И после тура ты решил записать альбом каверов?

В шоу у нас есть несколько номеров в память о моем питейном клубе The Hollywood Vampires. Туда когда-то входили Джон Леннон, Кит Мун, Гарри Нилссон, Микки Доленз — довольно разношерстная толпа бухариков. Половина уже давно на том свете. В честь них мы сделали четыре песни: «Break On Through», «Revolution», «My Generation» и «Foxy Lady» Хендрикса. И как-то я сказал: «Мы никогда не делали кавер-альбомов, давайте подумаем об этом». Так что, вот этим мы сейчас и занимаемся с Бобом Эзриным.
Какие песни ты хочешь отобрать для диска?

Мне не хотелось бы далеко уходить от 73-74 годов. Не нужно сюда тащить все подряд, я хочу остаться именно в этой алко-эпохе. «Break On Through» — действительно отличный рок-трек. Ну и сами прикиньте — у Нилссона масса хороших вещей, которые можно было бы выгодно представить. Я считаю, что песни – это глина. Можно взять, например, «Jump Into The Fire» и придать ей нужную «тяжелую» форму. Это всегда будет работать.
Когда пластинка выйдет?

Наверное, в следующем году. В декабре закончим тур и сразу отправимся в студию.
Какими кажутся те времена теперь?

Это была совершенно другая жизнь, абсолютно другая. Берни Топин был моим лучшим другом — и Берни был настоящим вампиром. Он всегда держался до последнего — настоящая британская пьянь! Теперь мы просто сидим вместе и вспоминаем старые времена — я ведь не пью уже 30 лет — и я говорю ему: «Это ведь была еще одна жизнь». Но было очень круто — все вокруг занимались каким-то творчеством. Мы соперничали друг с другом, в самом хорошем смысле. Мне всегда хотелось скорей услышать новый альбом Игги или Боуи, или Лу Рида. И конечно, для меня это было больше некое театральное действо, чем реальная конкуренция.
Пару лет назад я говорил с Ником Кейвом о том, что люди имеют право на свои ошибки.

Мне очень жалко современные группы. Они уже не имеют такой роскоши ошибаться. Один раз не додумали, — и всё, про них уже все забывают. Мы делали ошибки. Мы могли себе это позволить, чтобы один альбом мог быть провальным, а следующий становился номером один.
Вполне можно было и на публике облажаться, но теперь же общее давление стало просто невероятным. Кто не видел, как Джастину Биберу это всё «выходило боком»…

Он приехал в Феникс, вышел на сцену, повернулся к публике спиной и начал блевать. Я обратился к нему через прессу: «Джастин, советую тебе на правах рок-профессионала: никогда не поворачивайся спиной к залу, когда блюешь. Пусть публика видит, как ты блюешь… Потому что это тот эпизод, который она должна запомнить!». Еще надо убедиться, что прожекторы в этот момент светят прямо на тебя. Если он примет эту вещь к сведению и бу